Большой гид по ароматам Editions de Parfums Frederic Malle

Специально для всех, кто, как и мы, без памяти влюблены в композиции Editions de Parfums Frederic Malle, мы составили путеводитель по избранным творениям бренда, сгруппировав их по авторам-парфюмерам и хронологии. Особенности звучания и главные ноты описаны так, что вы почувствуете аромат в воздухе, захотите примерить его на себе, а любопытные факты — рассказать окружающим. Смело отправляйтесь в это парфюмерное путешествие: одно Издательство, 14 парфюмеров, 30 ароматов — из ассортимента Code De Vie.

Анн Флипо / Anne Flipo

Одна из немногих женщин в пантеоне великих современных парфюмеров. Флипо — нос с безупречным академическим образованием в Версале и редкой способностью работать с зелеными, травяными и растительными материалами так, что они звучат не как гербарий, а как живая природа в движении. Она создавала ароматы для Giorgio Armani и Lancôme — но у Editions de Parfums Frederic Malle вышла из тени и поставила свое имя на флакон.

Synthetic Nature (ранее Synthetic Jungle) 2021

Для кого: Для тех, кто любит зеленые и травяные ароматы 1970-х, но хочет более современного звучания.

Анн Флипо бросает вызов привычному разделению в парфюмерии: природное против синтетического. Ее аромат говорит о том, что это ложная дихотомия. Синтетические молекулы — не имитация природы и не ее противоположность, а другой способ говорить о том же самом. Базилик из лаборатории и базилик с грядки вызывают одно воспоминание — сад после дождя. Флипо не выбирает между ними. Она использует оба, чтобы добраться до сути.​​​​​​​​​​​​​​​​ Изначально аромат вышел под именем Synthetic Jungle, но в 2024 году был переименован в Synthetic Nature — без изменения формулы. В Editions de Parfums Frederic Malle отметили, что новое название точнее отражает суть. Synthetic Nature — это современный оммаж культовым зеленым парфюмам 1970-х — эпохи, когда запахи были почти неприличными по своей смелости. Базилик здесь — не кулинарная пряность, а острая зеленая нота с почти металлическим дыханием. Он открывает аромат резко, как распахнутая дверь в сад после дождя. Следом — ландыш и черная смородина, добавляющие композиции прохладной сладости и ягодного блеска. Сердце — солнечный жасмин. Флипо не разбавляет его букетом — она дает ему звучать в полную силу.​​​​​​​​​​​​​​​​ Пачули в базе дает земляную, смоляную глубину, не позволяя аромату стать просто красивым.

Бруно Йованович/ Bruno Jovanovic

Серб по происхождению, парижанин по прописке, востоковед по духу. Жованович — парфюмер IFF, работавший в таких крупных брендах, как Hugo Boss, Coach, Paco Rabanne, Calvin Klein, Ralph Lauren, Armani. Его стиль - ориентальная роскошь, объемные мужественные ароматы, которые будто физически ощущаешь на себе. Для Editions de Parfums Frederic Malle он создал единственный аромат — но такой, что его невозможно спутать ни с чем.

Monsieur., 2015

Для кого: для мужчины, который не нуждается в чужом одобрении. Для вечера, который начинается поздно и заканчивается неизвестно когда.

Точка в названии — не опечатка. А часть интонации. Просто: «Месье.» И все тут же понятно! Первые ноты — ром и мандарин — резкий, алкогольный, цитрусовый удар, будто ингредиенты смешали в бокале за секунду до подачи. Затем вступает пачули — они накрывают теплом, как второй пиджак поверх первого. Специи и дымный ладан добавляют в середине плотность. База держится на мускусе и смолах — это игра в долгую. Любопытно: это один из немногих ароматов коллекции, который Editions de Parfums Frederic Malle открыто позиционирует как мужской — в Издательстве, которое принципиально избегает гендерных ярлыков. Настолько безоговорочная здесь мужественность.

Карлос Бенаим / Carlos Benaim

Уроженец Марокко с испанскими корнями, работающий в IFF — Бенаим один из самых географически и культурно многогранных парфюмеров своего поколения. Парфюмер-минималист. Он берет за основу очень простую идею и превращает ее в аромат, который кажется абсолютно очевидным, но до него до этого никто не додумался. Bvlgari Jasmin Noir, Calvin Klein Eternity, Viktor & Rolf Flowerbomb — в его портфолио ароматы, ставшие культовыми для целых десятилетий.

Eau de Magnolia, 2014

Для кого: древесно-цветочная композиция для весны и раннего лета для тех, кто ищет деликатный повседневный аромат без тяжести.

Магнолия — один из самых сложных цветков для парфюмерии. Натурального экстракта выходит ничтожно мало, его стоимость огромна, и работать с ним в промышленных масштабах практически невозможно. Поэтому в парфюмерии магнолия почти всегда — это реконструкция, а не точная копия. Тем интереснее задача для «носа»! Бенаим принял этот вызов по-своему — он создал аромат не о запахе магнолии, а об ассоциациях, которые она вызывает. Чистота, утро, белая рубашка, распахнутое окно в сад. Легкий цитрусовый всплеск открывает композицию — бергамот, лимон, грейпфрут. Затем приходит сама магнолия: кремовая, чуть пудровая, с персиковым и абрикосовым оттенком. Дубовый мох и пачули в основе композиции создают удивительный эффект земляной теплоты, напоминающий влажную кору старого дерева в период цветения.

Dawn, 2018

Для кого: кожаная, восточная композиция для коллекционеров и ценителей ближневосточной парфюмерной традиции

Dawn — часть коллекции Desert Gems, созданной как парфюмерный оммаж ближневосточной традиции. Бенаим сам попросил Маля об этом аромате — он хотел передать духовность. Момент благодати, внутреннего созерцания, утренней молитвы. Открытие аромата неожиданно прохладное и освежающее: перец и роза создают легкость, почти невесомость. Затем слово берет ладан — смоляной, церковный. Уд в базе напоминает о запахе дерева, которое горело всю ночь. Это один из самых дорогих ароматов коллекции. Роскошь на молекулярном уровне.

Эдмон Рудницка / Edmond Roudnitska

Имя, которое в индустрии произносят с трепетом и благоговением. Рудницка — один из величайших парфюмеров XX века, автор Dior Diorissimo, Femme de Rochas, Eau Sauvage для Dior. Он умер в 1996 году, но его присутствие в коллекции Editions de Parfums Frederic Malle — не архивная «настойка», а живое высказывание. Маль получил один-единственный аромат-прощание от вдовы Эдмона Рудницка, Терезы: тот хранился в личном архиве парфюмера с 1950-х годов и никогда не продавался. Единственная женщина в мире, которой разрешали его носить, — сама Тереза.

Le Parfum de Therese, 2000

Для кого: для тех, кто ценит историю. Один из самых интеллектуальных флаконов в коллекции Editions de Parfums Frederic Malle.

Аромат-письмо, написанное заботливым мужем своей любящей жене в послевоенные годы — когда парфюмерия еще была уникальным и персональным ремеслом, а не коммерцией. Фредерик Маль назвал его «пророческим шедевром», опередившим время на полвека. Дыня и огурец в открытии звучат почти скандально для своей эпохи: фруктовые ноты тогда не использовали так откровенно. Следом — роза и жасмин, элегантные и классические, как будто намеренно успокаивающие после дерзкого начала. Ветивер и дерево в базе дают сухость и сдержанность.

Доминик Ропьон / Dominique Ropion

Фактически «парфюмер-резидент» у Editions de Parfums Frederic Malle, создавший наибольшее число ароматов Издательства. Выпускник школы Roure Bertrand Dupont в Грасе, воспитанник мастера Жана-Луи Сьезака, одинаково виртуозно работающий с коммерческими и нишевыми продуктами. Его ароматная подпись — максимализм и избыточность. Он не боится перегрузить формулу, потому что знает, в какой момент остановиться.

Une Fleur de Cassie, 2000

Для кого: для любителей сложных цветочных композиций осенью и зимой

Именно с этого аромата Ропьон начал сотрудничество с Малем в 2000 году — и сразу же заявил о своем особом статусе. Une Fleur de Cassie до сих пор считается одним из наиболее сложных цветочных ароматов последних 25 лет. Кассия — это экзотическая акация, цветок с невероятно тяжелым, почти неприличным запахом. Он одновременно пыльцевый, медовый и животный. Душно стоять рядом. Ропьон взял этот сложный материал и не смягчил его… а усилил! Аромат открывается альдегидной вспышкой, от которой в 1920-х теряли голову. Кассия и мимоза разворачиваются следом: плотные, медовые, с той животной сладостью, которую невозможно облагородить, только принять. Жасмин добавляет сердцу глубины. База долгая и теплая: сандал, ваниль, мускус — как кожа, нагретая солнцем.​​​​​​​​​​​​​​​​

Vetiver Extraordinaire, 2002

Для кого: древесная, восточная мужская композиция для дорого обставленных офисов и переговоров о судьбах мира

Ветивер — трава с корневой системой, уходящей вглубь. По сути, его запах — это запах самой земли: влажный, зеленый, с минеральными оттенками. Большинство парфюмеров его укрощают. Ропьон решил иначе. На создание композиции ушло 569 попыток и 16 месяцев работы. Концентрация гаитянского ветивера в формуле — сумасшедшая! Около 25% при норме в парфюмерии не более 8%. Отсюда и экстраординарное название. Открывающие ноты у Vetiver Extraordinaire очень резкие, агрессивная цитрусовая вспышка: бергамот и горький апельсин с розовым перцем. Затем на первый план выходит ветивер и больше не уступает главную роль никому. Сырой, землистый. С ним не могут совладать, но могут подыграть пять древесных нот в основе — кашмеран, кедр, сандал, дубовый мох и мускус. Аромат для мужчины, которому не нужно объяснять, что такое хороший вкус. 

Carnal Flower, 2005

Для кого: для смелых и чувственных поклонников белых цветов. Для жаркого вечера с продолжением

Семейная легенда гласит: Фредерик Маль хотел, чтобы в коллекции Издательства был аромат, музой которой стала его тетя-актриса Кэндис Берген. Она сыграла главную женскую роль в фильме «Познание плоти» (Carnal Knowledge) с Джеком Николсоном. Отсюда и Carnal Flower — «плотский цветок», построенный на ольфакторных ассоциациях с драмой. Композиция построена вокруг плотской розы — но не розы, а тубероза. Цветок, который в ряде культур запрещали нюхать молодым женщинам после захода солнца — его запах считался чересчур откровенным и неприличным. Ропьон создавал этот аромат 690 итерациями (рекорд для Editions de Parfums Frederic Malle) — Маль лично одобрял каждую версию. Тубероза здесь звучит во всей своей животной полноте: кокосовая, кремовая, с молочным оттенком. Эвкалипт и дыня в открытии дают неожиданную зеленую свежесть — как стебель, еще не срезанный с куста. Жасмин и иланг-иланг в сердце усиливают цветочный хор. А база из белого мускуса удерживает все это на коже долго. Максималист Доминик Ропьон говорит, что это единственный аромат, где он по-настоящему боялся переступить черту — и именно поэтому переступил. 

Geranium Pour Monsieur, 2009

Для кого: для любителей свежих ароматов воскресного утра — ментоловых, с пряным финалом.

Идея этого аромата пришла Фредерику Малю благодаря запаху Anterenea — роскошного марсельского мыла из его детства. Он попросил Доминика Ропьона создать собственную вариацию на тему памятного и сентиментального воспоминания. И парфюмер справился виртуозно! Аромат открывают одновременно ноты мяты и аниса. Следом идет китайская герань, вынесенная в название, с розово-пряными оттенками. Не цветок в вазе, а стебель, только что сорванный с куста. Гвоздика и корица в сердце добавляют тепло. База держится долго и незаметно: сандал, бензоин, ладан, амброксан. Их чувствуешь только вблизи. 

Portrait of a Lady, 2010

Для кого: насыщенная шипровая розовая композиция — эквивалент бархату в моде

Название продукта отсылает к роману Генри Джеймса — истории Изабель Арчер, женщины, которая выбирает свободу и платит за нее самую высокую цену. Аромат об этом же: роза здесь не украшение благородной девицы, а проявление характера. Роза, гвоздика, черная смородина и малина — красное, пряное, ягодное начало. Затем турецкая роза в сердце встречается с ладаном и пачули. База амбры, бензоина и мускуса держит аромат на коже часами. Portrait of a Lady входит в тройку самых продаваемых ароматов Editions de Parfums Frederic Malle и регулярно появляется в списках лучших женских ароматов десятилетия. (При этом мужчины носят его с не меньшим энтузиазмом).

Cologne Indelebile, 2015

Для кого: для тех, кто любит свежие цитрусово-цветочные ароматы, но устал от их недолговечности. 

Одеколон, который не испаряется. Само название — уже оксюморон: одеколон по своей природе летуч и мимолетен. Ропьон решил его стабилизировать и задержать на коже подольше. Лимон, бергамот, розмарин и цветок апельсина — классическая цитрусовая формула. Но уже в первые минуты в нее врывается белый мускус — одновременно и невинный, и соблазнительный. Именно он позволяет цитрусовым нотам зафиксироваться. При этом нарцисс добавляет композиции неожиданный цветочный оттенок. Аромат остается на коже невозможно (даже неприлично) долго для своего жанра, но уж точно вам не надоест. Носим его часы напролет, обновления он совсем не требует. 

Hope, 2024

Для кого: для ценителей удовых ароматов в арабской традиции и владельцев недвижимости на Ближнем Востоке 

«Надежда» — третья работа Ропьона в уникальной серии Desert Gems. На флаконе сакральное слово написано арабской вязью. Его философское воплощение — бескрайние песчаные дюны и величественный свет, исходящий от них. Аромат плотный, даже бальзамический, уже с первого нанесения. Уд здесь смоляной, округлый, немного сладковатый. Амбра и теплые специи дают еще большую глубину и медленное, обволакивающее развитие. Вы постепенно проваливаетесь в этот мираж, сновидение, попадаете под его чары. В базе — мускус и дерево, удерживающие аромат на коже даже после долгого путешествия. Для тех, кто верит в силу запаха как ритуала.

Эдуар Флешье / Edouard Flechier

Человек, без которого на свет не появился бы Poison для Dior. Флешье — нос, выросший в Грасе, мастер больших, полифонических, неизвиняющихся ароматов. Маль познакомился с ним еще в период своей работы консультантом и называл его одним из «последних представителей великой французской парфюмерной школы» — той, что не боялась быть чрезмерной. 

Lys Mediterranee, 2000

Для кого: для тех, кому нравится, когда аромат ощущается как продолжение прекрасной погоды в отпуске

Лилия Средиземноморья — звучит как название картины, написанной на открытом воздухе. Флешье действительно создавал этот аромат как пейзаж: соленый воздух, белые цветы на ветру, пространство между берегом и садом. Лилия здесь не вызывает головную боль, она прозрачная, почти водянистая. Морские аккорды и зеленые ноты дают ей контекст: это цветок растет у воды, а не стоит в вазе. Мускус и кедр в базе добавляют телесную теплоту — без них средиземноморская легкость мгновенно бы улетучилась. Флешье говорил, что хотел поймать не сам цветок, а воздух вокруг него — то, как запах лилии меняется, когда рядом море. Получилось! 

Rose Tonnerre (ранее — Une Rose), 2003 

Для кого: для тех, кому хочется носить розу без сладости и без пафоса

Гром и молнии! Нежная роза становится бунтаркой. В 2021-м аромат переименовали — формула не изменилась, но имя на флаконе наконец совпало с содержанием. Здесь роза темная и землистая уже с первой секунды. Маэстро Флешье взял турецкую розу абсолю в концентрации, казавшейся безумием, и окружил ее трюфельным аккордом — пачули, ветивер, кастореум. Именно трюфель делает аромат непохожим на любой другой розовый. Он добавляет контекста, картинку — корни, грязь, лес после проливного дождя. Медовые и винные ноты в открытии — как бокал красного, поставленный рядом с букетом. Маль называл Rose Tonnerre «последним великим ароматом Флешье». Аромат был создан за семнадцать лет до смерти парфюмера, но уже тогда в нем было что-то окончательное.

Жан-Клод Эллена / Jean-Claude Ellena

Поэт минимализма. Бывший эксклюзивный нос Hermès, автор Terre d’Hermes, Un Jardin sur le Nil, Declaration для Cartier. Его метод — не добавлять, а убирать. Он работает с минимальным числом ингредиентов, доводя каждый до предельной точности. Маль называет его акварелистом в мире, где все остальные пишут маслом. Для Editions de Parfums Frederic Malle он создал шесть ароматов. 

Angeliques Sous la Pluie, 2000

Для кого: для медитативных минималистов и романтиков

«Angeliques sous la pluie». Еще одна дождливая композиция в портфолио Editions de Parfums Frederic Malle. Ангелика — трава с пряным, зеленым и слегка анисовым, «медицинским», запахом, которую почти никто не использует как центральную ноту. Эллена пошел против правил — и создал аромат о конкретном моменте: о запахе, который он почувствовал после дождя в деревне. Ангелика разворачивается здесь не цветком, а запахом сломанного стебля. Можжевельник и цитрусы добавляют горечь и прохладу. В официальном релизе сказано, что этот аромат «можно сравнить с прикосновением вашей коже лесного существа». 

Cologne Bigarade, 2001

Для кого: цитрусовая, горько-апельсиновая унисекс-композиция, которой признавались в любви Катрин Денев и Кристиан Лабутен

Бигарад — горький апельсин, из кожуры которого получают одни из лучших цитрусовых нот в парфюмерии. Эллена по своей традиции взял его как единственную тему и написал вокруг нее вариации. Начало резкое и сочное — горький апельсин во всей его терпкости. Роза и трава в сердце дают легкую цветочную прокладку. База сухая: кедр, мускус, сено. Аромат звучит как утро в провансальском саду — ясное и обнадеживающее. Первый одеколон в портфолио Editions de Parfums Frederic Malle.

Bigarade Concentree, 2002

Для кого: для тех, кто любит Cologne Bigarade, но не готов мириться с его легкомысленностью 

Если Cologne Bigarade — набросок карандашом, то Bigarade Concentree — это картина маслом того же сюжета. Жан-Клод Эллена попробовал различные варианты и решили, что повышение концентрации с 4 до 12,5% позволит создать в высшей степени необычное и интересное сочетание. Горький апельсин с мандарином, грейпфрутом и чаем — сложный, многоголосый. В сердце роза, тмин и жимолость. Сено, трава и тонка в базе дают финал пасторальный — сухой, солнечный, задумчивый. Два аромата с бигардом существуют в коллекции как диптих. Лучше попробовать их в один день на разных руках. 

L’Eau d’Hiver, 2003

Для кого: для интровертов 

«Зимняя вода». Не тяжелая и согревающая, как принято в холодное время года, — а тихая и прозрачная, как воздух над незамерзшей рекой в январе.
Бергамот в первых нотах почти незаметен — просто свежесть, без цитрусовой агрессии. Гелиотроп и боярышник в сердце дают пудровую сладость, ботаническую (а не кондитерскую) — как запах гербария, который давно никто не открывал. Мускус в базе растворяется на коже, не оставляя следа — только ощущение, что вы только что что-то почувствовали. Любопытно: L’Eau d’Hiver входит в список самых продаваемых ароматов Editions de Parfums Frederic Malle, хотя по всем законам жанра должен быть нишевым внутри нишевого.

Rose & Cuir, 2019

Для кого: для людей с тонким вкусом и большими амбициями 

Роза и кожа — классическое сочетание. Эллена подошел к нему с характерной экономией: минимум нот, максимум точности. Первый проект после завершения эксклюзивного контракта с Hermès — и уже слышна другая интонация. Герань, черная смородина и сычуаньский перец открывают аромат зелено и пряно. В сердце — роза и кожа одновременно, единым аккордом, без очередности. Ветивер и кедр в базе — сухой, чуть дымный финал. Насыщенность аромата достигается за счет использования изобутил хинолина, забытого сегодня компонента, который впервые был синтезирован в начале XX века и активно применялся парфюмерами в 1950-х годах для создания смелых ароматов из кожи.

Heaven Can Wait, 2023

Для кого: для ценителей пряных и ирисовых ароматов с унисекс-звучанием 

«Небеса могут подождать» — название не только парфюма, но и одноименного фильма 1978 года с Уорреном Битти. 

Фредерик Маль и Жан-Клод Эллена работали над ароматом во время пандемии, когда пересмотрели массу картин. Фэнтези-мелодрама рассказывает о человеке, который по ошибке «досрочно» попал на небеса и тоскует по теплоте взаимоотношений между людьми. В то же время Эллена создавал Heaven can Wait как посвящение Эдманду Рудницке — великому парфюмеру и другу. Отсюда его аристократическое и соблазнительное парижское звучание. Гвоздика, перец, амбретта и семена моркови дополнены утонченной красотой ириса. Ветивер привносит структуру и живость, персик и чернослив — комфортную округлость. Ноты не режут, не торчат по отдельности, а плавно перетекают друг в друга.

Жюльен Раскине / Julien Rasquinet

Парфюмер с неожиданной биографией. Его увлечение парфюмерией возникло по чистой случайности. Отец познакомил его с Пьером Бурдоном в аэропорту, и тот взял его последним учеником. Три года обучения, затем четыре года в Дубае и работа в IFF. Бэкграунд, который позволил Раскине выбрать специализацию — создание современных ближневосточных ароматов.

The Moon, 2019

Для кого: для любителей интенсивных удовых ароматов для особых случаев

В арабской культуре «моя Луна» — ласковое обращение к возлюбленной, восхищение ее красотой и знак бесконечной преданности. Аромат рассказывает именно об этой традиции: теплой, всепоглощающей, далекой от западной сдержанности. Малина, личи и шафран открывают аромат — фруктово и пряно, неожиданно для удовых композиций. Турецкая роза и ладан проникают в сердце. Уд, кожа и амбра в базе дают темный, долгий финал. Раскине вдохновлялся традициями арабского гостеприимства и запахами кальяна — красными ягодами и смолами одновременно.

Морис Руссель / Maurice Roucel

Химик из Нормандии начинал в индустрии как хроматографический техник в лаборатории Chanel в 1973 году под руководством Анри Робера. Самоучка, ставший мастером. 24 Faubourg для Hermès, Insolence для Guerlain, Envy для Gucci — в его портфолио композиции, знакомые покупателям нескольких декад. Его ароматы для Editions de Parfums Frederic Malle — совсем другой разговор: куда более интимный, без скидок на массовый вкус.

Musc Ravageur, 2000

Для кого: мускусно-ванильная, чувственная композиция для тех, кто воспринимает парфюм как орудие соблазна 

Руссель создавал «сокрушительный мускус» как парфюмерную версию сексуального притяжения между мужчиной и женщиной; «акт соблазна и великодушия». Бергамот и лаванда в открытии дают короткую, иллюзорную свежесть. Затем быстро вступают острые пряные ноты: гвоздика, корица, мускатный орех. А ваниль и амбра в базе добавляют аромату «съедобного» звучания. Маль попросил Русселя лишь незначительно скорректировать первоначальную формулу. Один из редких случаев, когда аромат вышел почти таким, каким был задуман изначально.

Dans Tes Bras, 2008

Для кого: кто хочет через аромат почувствовать крепкие объятия другого человека. Парфюм, который избавляет от чувства одиночества. Один из самых универсальных, работает в любое время года и на любой коже

Морис Руссель считает этот аромат своей лучшей работой — более сложной, чем предыдущий Musc Ravageur. Задача была не из легких — построить композицию вокруг одного ингредиента: кашмерана. Это синтетическая молекула с очень многогранным и сложно описываемым запахом. Он одновременно древесный, пряный, слегка фруктовый, мускусный и кашемировый (отсюда и название). Очень обволакивающий. Большинство парфюмеров используют ее в небольших дозах как поддержку. Руссель сделал ее солистом. В Dans Tes Bras он окружен бергамотом, гвоздикой, острой фиалкой и сандалом. Финальная формула стала результатом упрямства парфюмера — Dans Tes Bras дался ему с большим трудом. Но это время и нервы того стоили. 

Uncut Gem, 2022

Для кого: для любителей угловатых, нишевых, намеренно некоммерческих ароматов

Всегда интересно, какими композициями великие парфюмеры пользуются сами. Uncut Gem — один из таких персональных образцов, который Руссель создал для себя. И уже потом решил поделиться им с миром. Точнее, с такими же прямолинейными и непримиримыми мужчинами, как он сам. Имбирь, бергамот и ангелика — его первые искры. Ветивер и ладан в сердце подливают масла в огонь и добавляют дымную земляную глубину. Финал строится на амброциниде — мощной синтетической молекуле с почти первобытным звучанием.

Мишель Рудницка / Michel Roudnitska

Сын Эдмона Рудницка и наследник большого имени. Но совсем не подражатель — Мишель выработал собственный язык, далекий от сдержанной элегантности отца. Он основал свое Издательство Parfums Michaël Roudnitska, работал с Acqua di Parma и Hermès. 

Noir Epices, 2000

Для кого: для любителей ольфакторной мистики

Рудницка-младший для своих «черных специй» взял самые сложные пряности — гвоздику, мускатный орех, перец, шафран. Как при таком «гастрономическом» наборе не прослыть кондитером? Отправиться на восточный базар и чудом удержать во флаконе его острый, живой, пыльный, древесный аромат и атмосферу.  Цветочные ноты в сердце добавляют неожиданную мягкость, не снимают напряжения. Дерево, смолы и мускус в базе держат аромат долго и тяжело.

Оливия Джакобетти / Olivia Giacobetti

Один из самых поэтических носов. Джакобетти — парфюмер, умеющий работать с воздухом: ее ароматы всегда немного эфемерные, незаконченные, туманные, как будто у них нет четкого контура. Она создавала ароматы для L’Artisan Parfumeur, Diptyque, Hermès — каждый раз находя в привычных материалах что-то неуловимое.

En Passant, 2000

Для кого: для тех, кто не любит быть навязчивым 

Французское выражение en passant — шахматный термин и бытовая идиома одновременно. Это особый ход: можно взять пешку противника, которая только что прошла мимо, но только в следующий же ход, иначе момент упущен навсегда. В обычной жизни это просто «мимоходом», «проходя мимо». Случайно, без намерения. Джакобетти соединила оба смысла в одном флаконе: запах сирени, который ты поймал боковым обонянием, проходя мимо цветущего куста. Не остановился, не вдохнул специально — просто почувствовал и пошел дальше. Влажный воздух и зеленые ноты создают ощущение, что цветы только что намочил дождь. Огурец добавляет прохладную, почти съедобную свежесть. Белый мускус и кедр в базе дают аромату форму и стойкость. Интересно, что натурального экстракта сирени не существует. Она не поддается традиционной экстракции — ее цветки настолько нежные, что при любом способе извлечения аромат разрушается или меняется до неузнаваемости. Джакобетти создала реконструкцию настолько точную, что она обманывает даже опытных парфюмеров.

Пьер Бурдон / Pierre Bourdon

Легенда! Cool Water для Davidoff в 1988 году создал целый жанр — водяные ароматы, которые копировали следующие тридцать лет. Kouros, Tuscany per Uomo, Femme de Rochas — в его портфолио продукты, ставшие культурными артефактами и маркерами времени. Для Editions de Parfums Frederic Malle он создал ароматы, полярно противоположные по характеру.

Iris Poudre, 2000

Для кого: для поклонников классической пудровой парфюмерии в духе золотого века

Бурдон взял один из самых благородных и одновременно самых сложных парфюмерных материалов — ирис — и поместил его в контекст высокой классики: альдегидов, пудры, теплого мускуса. Альдегиды в начале дают характерную мерцающую ретро-ноту. Иланг-иланг и гвоздика добавляют цветочную и пряную глубину. Ваниль, амбра и сандал в базе держат аромат очень долго. Iris Poudre часто сравнивают с Chanel No.5 не случайно. Бурдон учился у Анри Робера, создателя нескольких культовых Chanel. И Iris Poudre — его личный диалог с этой традицией.

French Lover, 2007

Для кого: тем, кто ищет беспроигрышный мужской парфюм вне сезона и возраста

Название провокационное, а вот сам аромат — нет. Бурдон создавал его для мужчины, который не носит духи в общепринятом смысле: он просто хорошо пахнет, и этого достаточно. Гальбанум, можжевельник и перец — растительный, почти лесной пролог. Ладан и кедр в сердце добавляют смолистую глубину. Ветивер, дубовый мох и белый мускус в базе дают долгий землистый финал. Это смешанный аромат кожи и одежды в движении на свежем воздухе.

Ральф Швигер / Ralf Schwieger

Немец в Париже — и это важно. Швигер принес в Editions de Parfums Frederic Malle взгляд человека, воспитанного на другой парфюмерной культуре — более аналитической, менее романтической. Он работал с Mane, создавал ароматы для Tommy Hilfiger и Davidoff — но именно у Editions de Parfums Frederic Malle, в одном флаконе, сказал то, что по-настоящему хотел сказать сам.

Lipstick Rose, 2000

Для кого: для всех адептов индустрии красоты

Запах губной помады. Не метафора, а буквальное воспроизведение. Швигер разобрал химию косметики и воссоздал ее как аромат. Парфюм-игрушка из пудровой категории. Роза и фиалка в сердце — цветочный дуэт, сложенный в косметику. Ваниль, сандал и белый мускус в базе — след от поцелуя. Когда Швигер представил концепцию, многие сочли ее слишком буквальной и скучной. Маль настоял. И создал бестселлер! Аромат-воспоминание о губной помаде голливудской дивы, поправляющей макияж перед зеркалом.

София Гросман / Sophia Grojsman

Белорусско-американский нос, проработавший всю карьеру в IFF. Гросман — создательница Tresor для Lancôme, Eternity для Calvin Klein, Paris для YSL. Ее почерк — большие, цветочно-мускусные аккорды.

Outrageous, 2007

Для кого: лучшая характеристика от самого Фредерика — аромат «чистой сексуальности».

Возмутительный! Для Гросман этот аромат стал вызовом самой себе. Она известна тяжелыми женскими композициями, а здесь решила сыграть в легкость. Получилось волнительно и волнующе. Outrageous воссоздает ночь в Рио: праздничный воздух на пляже, ритм самбы, запах кайпириньи. Взрыв бергамота, мандарина и зеленого яблока на чистом фоне корицы, мускуса и амброксана. Для людей, ценящих в парфюмерии парадоксы.